воскресенье, 4 августа 2024 г.

Владимир Пелевин. РАВНЕНИЕ – НА ОТЦА!


РАВНЕНИЕ – НА ОТЦА! 


Я – сын фронтовика-танкиста. 
И это гордость для меня. 
Он по ночам кричал «речисто»: 
«Мать, твою мать, давай огня!». 

Освобождал с боями Украину 
С «тридцать четвёркою» своей. 
Фашистам мстил он за руины, 
За смерть друзей и слёзы матерей. 

Как все, отец мечтал о мире, 
Но чудом жив остался он: 
Контужен на плацдарме в Сандомире 
И в госпиталь Сумской определён. 

Не стал танкистом я, а в моряки подался – 
Стал как отец защитником страны. 
Всю жизнь я на отца равнялся, 
Чтоб не было ещё одной войны. 

От памяти нам никуда не деться, 
Хотя прошло уже немало лет. 
Кровавое не забывается мне детство 
И с фронта треугольника конверт. 

Историю переписать стремятся, 
Как будто не было фашистских орд. 
А заодно над инвалидами глумятся, 
Победный отрицая их аккорд. 

От внуков лжеисторикам воздаться, 
Но это будет лишь тогда, 
Когда научимся смеяться, 
Когда забудется беда. 
_________________________________

Официальную даю вам справку:
Власть оказалась на мели
И Ющенко ушёл в отставку
Точнее если - мы его ушли.

Владимир Пелевин, 
23 февраля 2010 г.

© Владимир Пелевин.

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 51-52.

В.Пелевин. Я сын фронтовика-танкиста.


Броня крепка, и танки наши быстры...

суббота, 13 июля 2024 г.

Владимир Пелевин. ЦЕНА РАКЕТНОЙ СТРЕЛЬБЫ.


ЦЕНА РАКЕТНОЙ СТРЕЛЬБЫ 

Посвящается 30-летию со дня кончины контр-адмирала Юрия Лазарева - командира 8-й дивизии атомных подводных лодок на Камчатке.

Предписано приказом: обхожу
Отсеки субмарины дважды в сутки.
В подводниках пять лет уже служу
И понимать их научился шутки.

На заданной идём мы глубине.
Заката солнца нет и нет восхода.
Быть может потому не спится мне
Во время трёхнедельного похода?

На пятый день не пьётся и вино -
Пункт обязательный в меню обеда.
Нам испытать ракету суждено.
Успешный нужен пуск. Нужна победа!

Икра и проспиртованный батон
На день седьмой уже не привлекали.
Запомнился лишь вальс-бостон
Да песни Пьехи слух ласкали ...

В защиту Родины вклад наш
Ракетным пуском завершался.
Комдив тепло поздравил экипаж.
На следующий день - скончался!

За пуск - отлично, но какой урон
Во время флотского аврала?!
В поход ушёл капразом он, 
А хоронили в форме адмирала.

Вот такова, скажу я вам, цена
Подводной напряжённой службы.
Хлебнул и я её сполна -
Прочна с подводниками дружба!

Владимир Пелевин, капитан 1 ранга
Камчатка - Харьков, 1978 - 2008 гг. 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 50.

***
18 февраля 1976 или 1977 года командир 8 дивизии 2-ой флотилии подводных лодок капитан 1 ранга Лазарев Юрий Сергеевич вышел на ракетную стрельбу на рпкСН своей дивизии. 

В это время на флоте проходили командно - штабные учения под руководством Командующего ТОФ адмирала Маслова В.П. 

Офицеры штаба флота находились на Защищенном КП ТОФ в подземелье. 

Около 23.00 часов в адрес Командующего из Управления кадров ВМФ пришла телеграмма. 

В ней говорилось, что капитану 1 ранга Лазареву Ю. С. постановлением Совета Министров СССР было присвоено звание «контр- адмирала». 

В этот же момент на имя В. П. Маслова с лодки, где находился Лазарев, поступило РДО, что капитан 1 ранга Лазарев Ю. С. потерял сознание. 

Предположительный диагноз — инфаркт миокарда. 

Через несколько часов, не приходя в сознание, Лазарев Ю.С. скончался. 

Он даже не узнал, что получил звание контр-адмирала. 

Ему было всего 44 года. 

На вскрытии были обнаружены следы ещё 8 микроинфарктов. 

Последние два года он практически постоянно был в море на лодках своей дивизии, ему не предоставляли положенный отпуск, что отразилось на его здоровье.

Капитан 2 ранга Островский Александр Иосифович. 

Отрывок из воспоминаний "Моряк-подводник-экстремал".

Владимир Пелевин. СКОЛЬКО Ж МОЖНО ТЕРПЕТЬ УГРОЗЫ?


СКОЛЬКО Ж МОЖНО ТЕРПЕТЬ УГРОЗЫ? 

Там, за морем, Америка!
Там, за морем, истерика - 
Субмарины советские 
Подошли к берегам ...

Вот она Калифорния -
Бочка злобы, зловония.
И в придачу к ней остров Гуам.

Он не нужен, хватает вулканов
На Камчатке и наших Курилах.
Всё живое - продукт океанов.
Защитить это всё: мы не в силах?

Не хотят, чтобы жили мы мирно
И искусственно страх нагнетают ...
Не боимся команду их: "Смирно!",
Но об этом фашисты лишь знают.

И когда авиация в ввысь поднялась,
Перестали и дети смеяться,
Сразу сникла в Америке власть,
Предложив нам во всём разобраться.

Сколько ж можно терпеть их угрозы?
Нам не надо тревожащих сводок!
Пусть у них чаще будут неврозы 
При наличии наших подлодок!

Позже будут различные акции,
Но подобной уже провокации,
Безусловно, нельзя повторить.
Только б нам про неё не забыть.

1979 год.
Камчатка

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 49.

На фото крейсерская подводная лодка проекта 651.

вторник, 11 июня 2024 г.

Владимир Пелевин. БУХТА САРАННАЯ, КАМЧАТКА.


НЕ НАДО БУХТУ ЗАБЫВАТЬ! 

С Саранной бухтой связано немало 
Хороших дел и черных дат: 
Они проплачены и налом, и безналом, 
И жизнью тех подводников-ребят, 

Которые ушли и канули в безвестность. 
И многие не по своей вине. 
Бывало, «забывалась» честность 
И лгали, чтоб «остаться на коне» … 

Нет, чтоб спасать других, «спасались» сами. 
И «лили грязь», брюзжа слюной, 
Хотя своими видели глазами: 
Накроет «намертво» волной… 

Инструкции, приказы – это свято: 
Атомоход – ТАКОЙ объект! 
Чуть что – аварией чревато, 
А тут во всём недокомплект. 

Бог им судья, а «убиенным» 
Кресты соорудят, чтоб целовать 
Отставникам послевоенным 
Не надо о Саранной бухте забывать. 

1979 год. 
Камчатка, бухта Саранная 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 48.

Владимир Пелевин. КТО БДИТ ЗА НАС? О службе на Камчатке.


Город подводников Вилючинск отметил очередной юбилей. 

Стихи написаны после случаев, когда командира 25 дивизии подводных лодок контр-адмирала Авдохина Геннадия Фёдоровича (1931 - 2006) и начальника политического отдела контр-адмирала Катченкова Ивана Архиповича (1926 - 1990) не пропустили на КПП на территорию войсковой части.


КТО БДИТ ЗА НАС?

ЗАКРЫТЫЙ ГАРНИЗОН.

ШЛАГБАУМ НА ЗАМКЕ.
РУГАТЬСЯ НЕ РЕЗОН:
РЕБЁНОК НА РУКЕ…

КАМЧАТКА ТАКОВА –
МЫ НА КРАЮ СТРАНЫ.
ЗДЕСЬ НЕ ВАЖНЫ СЛОВА
И ЖЕСТЫ НЕ НУЖНЫ.

ЕСТЬ ДОКУМЕНТ – ПЕСТРИТ:
ПЕЧАТЕЙ РАЗНЫХ – ВОЗ.
ДОМОЙ ВАМ РАЗРЕШИТ
ПРОЙТИ УЗБЕК-МАТРОС?

КАКОЙ ОСОБ ОТДЕЛ?
ЛИШЬ ОН ШПИОНАМ ВРАГ!
ОТ МЫСЛЕЙ ПОСЕДЕЛ –
ВЕДЬ, ДУМАЛ Я, НЕ ТАК.

ПРЕДСТАВЬТЕ НА МИНУТКУ:
ЗАБЫЛ ВЗЯТЬ ДОКУМЕНТ…
В ТОТ ДЕНЬ СОШЛО ЗА ШУТКУ:
ИСЧЕРПАН ИНЦИДЕНТ.

ОДНАЖДЫ СОДРОГАЛСЯ
ОТ СМЕХА ГАРНИЗОН:
САМ АДМИРАЛ РУГАЛСЯ –
НЕ СМОГ ПРОЕХАТЬ ОН!

НАЧАЛЬНИКА, ИЗВЕСТНО,
ДОЛЖНЫ ВСЕ ЗНАТЬ В ЛИЦО.
МАТРОС НЁС СЛУЖБУ ЧЕСТНО:
БЫЛ НЕ УЗБЕК – КАЦО!

Камчатка, посёлок Рыбачий 
(ныне город Вилючинск)

1974 год 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 47.

Владимир Пелевин. РОСЛИ, УЧИЛИСЬ И СЛУЖИЛИ ПОД КОНТРОЛЕМ.


РОСЛИ, УЧИЛИСЬ И СЛУЖИЛИ ПОД КОНТРОЛЕМ 

Я на краю земли – на сопке, 
Французской по названию – Тарья. 
Внизу, на полуострове в «хрущевке» 
Благоустраивается семья. 

Милана, дочь, уже не плачет – 
Владивостока подзабыт уют. 
А приютил нас гарнизон Рыбачий, 
Вилючинском позднее назовут. 

Завтра грядёт субботний день – 
Для всех большой аврал – приборка. 
Но накрывает нас циклона тень, 
А на столе сухое молоко и красная икорка. 

По службе на Камчатке «повезло» 
В подводных оказаться силах. 
Родители жены: «Куда вас занесло?» 
Оформить пропуск тёща попросила… 

Тесть, впрочем, тоже на Камчатке побывал, 
Но я уже служил в Приморье. 
Прошёлся вдоль Курил по морю 
И даже в мощный шторм попал … 

Под их контролем были внуки: 
Ну, не могли терпеть разлуки. 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 46.

На фото поселок Рыбачий - ныне город Вилючинск. 

По переезду из Владивостока в 1975 году семья Пелевиных разместилась в доме на ул. Крашенинникова (сейчас снесён) , а уже позднее переехала ниже на улицу 50-лет ВЛКСМ в первый от госпиталя дом, правда госпиталя тогда ещё не было ...

***
Сопка Тарья — древний потухший щитовой вулкан, расположенный у южного берега Авачинской губы. Входит в группу из четырёх потухших вулканов на берегу Авачинской губы. Высота — 254,1 м. 

Сопка Тарья с севера ограничена в бухтой Богатырёвка, с запада — бухтой Крашенинникова, а с юга — бухтой Ягодной. 

У северо-западного подножья сопки на перешейке между бухтами Богатырёвка и Крашенинникова находится микрорайон Рыбачий города Вилючинск, перешеек между бухтами также отделяет гору от полуострова Крашенинникова. 

Сопка Тарья представляет собой вулкан из нескольких базальтовых щитов, образовавшихся в плейстоцене-голоцене. Дата последнего извержения неизвестна.

Владимир Пелевин. «КРЕСТНИК» ТИХОГО ОКЕАНА.


ЧТО Я, «КРЕСТНИК» ОКЕАНА ? 

Ураганные ветра 
И сродни цунами волны - 
Доживём ли до утра 
У посёлка Вольный? 

Словно нахожусь в аду – 
Рядом не котёл, а кратер. 
Еле берегом бреду, 
Где же наш фарватер? 

Нет на улице собак 
И оленей тоже нету. 
Ходит ходуном барак, 
Не к добру всё это! 

Как я очутился здесь? 
И в такое время года? 
Чья-то, вероятно, месть – 
Выбрана ж погода! 

Стало тихо - тихо вдруг, 
Что, в «глазу» циклона? 
Но где север, а где юг, 
Запах почему озона? 

Что ж со мной произошло? 
Оглянулся – многолюдно! 
Кто-то рявкнул: «Пронесло!» 
Вижу за прибоем – судно. 

Стало ясно, что к чему, 
Кто я здесь, зачем, откуда? 
Погрузив нас в эту тьму, 
Смерть нёс ураган-иуда. 

Раз все живы, попугал! 
А зачем, с целью какою? 
Долго я ещё икал 
И плевал водой морскою. 

Видно, я в себя загнал 
Страх и ужас урагана. 
А начальник подсказал, 
Что я «крестник океана»! 

Может быть, и прав капраз. 
С личным делом сверьте. 
Признаюсь, что был не раз 
На краю жизни и смерти. 

Не могу себе взять в толк, 
Почему вновь вспомнил это? 
Выполнял священный долг! 
И другого нет ответа. 

© Владимир Пелевин. 

 Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 44, 45.

четверг, 6 июня 2024 г.

Владимир Пелевин. ЭЛИТА ФЛОТА.


ЭЛИТА ФЛОТА 

Подводник! Нет святее слова: 
Отваги, мужества пример! 
Нет отдыха нам в Комарово, 
Когда сидят в нас сотни бэр… 

Подводник! Месяцами в море 
На недоступной прежде глубине… 
Не зря поётся – «в радости и в горе» 
Как на посту, так и в тревожном сне. 

Оно сверлит мозги приказом: 
Быть начеку, чтоб упредить врага! 
Всем от матроса до капраза 
Увидеть вновь родные берега. 

Так хочется! Признаться, надо. 
И экипажи разных субмарин 
Учебно-боевым задачам рады- 
Сорвать их нет у них причин. 

Подводники! Элита флота! 
Авторитет неоспорим! 
Мужская и тяжёлая работа – 
Мы честно всем об этом говорим! 

Профессии достойны будем, 
Даже уйдя в отставку и запас. 
Пусть знают всей планеты люди: 
Ещё в живых немало нас! 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 43.

Владимир Пелевин. ГЕОГРАФИЯ СЛУЖБЫ.


ОТ … И ДО … 
ГЕОГРАФИЯ СЛУЖБЫ 

От Певека до Артека 
И от Бреста до Курил 
Всё объехал и объездил – 
Даже Тихий покорил! 

Бороздил его я сверху 
И ходил на глубину. 
Порой было не до смеху – 
Защищал свою страну! 

В Сан-Диего трепетали, 
Недоумевал Гуам… 
В США гадать устали: 
На кой чёрт Гавайи нам? 

Гибли корабли и лодки 
Гибли люди, что ни день – 
Бескозырки и пилотки 
Лишь на фото набекрень. 

«Набекрень мозги»? Считалось 
Самой худшей из примет, 
А в газетах сообщалось: 
«Всё нормально и жертв нет». 

И хотя не воевали, 
Хоронили день за днём. 
Для чего-то всё скрывали: 
Разберёмся, мол, потом … 

Владивосток, 
остров Русский 1971 год

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 42.

понедельник, 27 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. ПРЕДСКАЗАНИЕ СВЕРШИЛОСЬ.


ПРЕДСКАЗАНИЕ СВЕРШИЛОСЬ 

От матроса 
До капраза, 
Как какую-то заразу, 
Берегли меня от сглазу … 

Наблюдали, изучали, 
Без беседы назначали. 
Что ни год, то обучали, 
Для чего-то облучали 

И куда-то посылали … 
Вспомнив, снова возвращали. 
Всех за что-то награждали - 
Меня трижды представляли. 

Обмывать то обмывали, 
Но ни разу не вручали – 
Те награды отдавали 
                      «Хорошо известным лицам»! 
Оставалось лишь – напиться! 

Я дошёл до нездоровья – 
Истекал однажды кровью. 
Зрение терял и слух – 
Снизошёл святой, знать, дух: 

«Ты, Пелевин, намотался. 
Ты, Пелевин, надорвался – 
Полумёртв и полужив, 
Двадцать пять лет отслужив. 

Велика родная Русь. 
Поразмысли и не трусь - 
На «гражданку» уходи. 
У тебя есть впереди 

Столько же цивильной жизни 
В неизвестной мне Отчизне!». 
Вот-те на, скажи на милость: 
Предсказание свершилось. 

И пришлось мне осознать: 
Двадцать пять плюс 25 – 
Сослуживцы говорят 
Будет ровно пятьдесят! 

14 апреля 2012 года 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 40,41.

О флотской службе в разных измерениях.


***

О флотской службе в разных измерениях ..... 39 




















Гвардейский знак отца ..... 66

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год.

пятница, 24 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. ПОЛКОВНИК ШУРИН - МОЙ КУМИР.


ПОЛКОВНИК ШУРИН - МОЙ КУМИР 

(Светлой памяти Громова Георгия Александровича)

По жизни да и в службе мне в пример 
Хотя Георгий не утюжил океан: 
В вопросах многих, словно валенок, я – сер, 
Неопытен и кое в чём профан. 

Он – пулемётчик и артиллерист, 
Из Забайкалья прибывший на Волгу, 
Подкараулил в сентябре фашист: 
Под Сталинградом воевал недолго. 

Но воевал, и выполнил свой долг. 
В строю после лечения остался – 
Жаль, не попал в родной он полк. 
С ранением сестре моей достался … 

И в артучилище служил в Сумах, 
В Днепропетровске, в гарнизонах флота. 
Оставил память о себе он в сыновьях … 
Мне помнится и обо мне забота. 

Не каждый знает: я ещё служил, 
А он жильём моим был озабочен! 
Мой шурин благодарность заслужил – 
И тем, что нет его, я опечален очень. 

По званию Георгия я всё-таки догнал, 
По должности - чуть-чуть не дослужился. 
Во все проблемы он мои вникал. 
Я атеист, но на него молился... 

Закончив службу, в Харьков прилетел 
Со всей семьёй на первую ночёвку. 
И до того я, помню точно, осмелел, 
Что обмывал любую с ним обновку... 

Взаимное признание ласкало глаз. 
В морях бывали, исколесили сушу... 
Седой полковник и седеющий капраз 
Век доживали душа в душу. 

По четверть века «с гаком» отслужив, 
Пришлось и на «гражданке» потрудиться. 
На «Красную Звезду» работал - дорожил! 
Мне шурином опять пришлось гордиться. 

© Владимир Пелевин. 


Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 37,38.

Полковник Громов Георгий Александрович. Бессмертный полк.


Владимир Пелевин. ДВЕ СЕСТРЫ.


ДВЕ СЕСТРЫ 

ЖИЗНЬ и СМЕРТЬ – две сестры, как известно. 
С дня рождения со мною живут. 
Мне порою бывает так тесно, 
Когда рядом и пьют, и жуют. 

И следят за здоровьем друг друга, 
Чтобы первой успеть прислужить. 
В летний зной и холодную вьюгу 
Я прошу их пока не спешить. 

У одной сестры – модная стрижка, 
У другой сестры – чудо-коса. 
Верх блаженства: блины и коврижка, 
Земляничной поляны краса. 

На сгоревшем свинарнике вкусный, 
Ядовитый по книгам, паслён. 
По источникам письменным, устным 
Я войной тоже был опалён. 

Парусиновые знал ботинки, 
На печи крошки хлеба искал. 
Видел Смерть вовсе не на картине, 
Потому в День Победы рыдал. 

Верх берёт то одна, то другая … 
Идут годы – живу с ними я. 
И сестёр, то хваля, то ругая, 
Убеждаю всех: «Это семья»! 

И не надо мне нравоучений: 
Столько прожил! И ныне живу. 
Были радость и горечь мучений – 
С сёстрами не одно рандеву. 

И шагать ещё с ними по жизни 
Мне придётся столетия чверть. 
Присягал я когда-то Отчизне: 
Если надо, могу умереть 

За неё, землю нашу, идею, 
За товарищей и за родных. 
Перед сёстрами - благоговею, 
Но пусть больше нас будет живых! 

Март 2010 года, за сорок дней до 75-летнего юбилея.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.35, 36.

воскресенье, 19 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. Детская память о войне


ДЕТСКАЯ ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ 

О детстве память не даёт житья. 
Как будто в сорок первом году я – 
В дыму пожарищ Родина моя. 

Уже не видим днём и неба. 
Не каждый день привозят хлеба: 
Идёт войскам весь на потребу... 

Мне только год пошёл седьмой. 
«Работай, выжить чтоб зимой», 
А на дворе-то летний зной! 

Большим, я помню, был совхоз. 
Я пас свиней, коров и коз. 
Носил и воду на покос. 
Взрослел и очень быстро рос. 

Арыка чистил раз откос - 
Волков пожаловала стая. 
Задача у меня была простая: 

Не убегать и не кричать! 
Не тронули! 
Пошли табун искать... 

Чтоб валенки и шапку заслужить, 
Пришлось в окоп бросать гранаты. 
Вот так распорядилось Время жить: 
Была война. Остались только даты. 

9 мая 2010 года. 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.34.

Стихотворение Владимира Александровича Пелевина «Детская память о войне» — пронзительный монолог человека, пережившего военное детство. 

Через простые, но ёмкие образы автор передаёт атмосферу лишений, раннего взросления и хрупкой стойкости ребёнка на фоне всенародной трагедии. 

Ключевые мотивы и образы 

1.Память как незаживающая рана. 

Первая строка задаёт тон: «О детстве память не даёт житья». 

Память не просто вспоминает — она «не даёт житья», то есть продолжает болеть, вторгаться в настоящее. 

Это не ностальгия, а травма, которая не стирается временем. 

2. Война как среда обитания. 

Лирический герой отождествляет себя со страной: «в сорок первом году я — / В дыму пожарищ Родина моя». Он не наблюдает войну со стороны — он есть война, её часть. 

Дым, отсутствие неба, дефицит хлеба — бытовые детали, становясь символами, передают масштаб бедствия. 

3. Детство, съеденное войной.  

«Мне только год пошёл седьмой» — акцент на хрупкости возраста. 

«Работай, выжить чтоб зимой» — императив, который заменяет детские игры. 

 «А на дворе-то летний зной!» — контраст между естественным ходом жизни (лето как время отдыха) и насильственной необходимостью труда. 

4. Труд как выживание.

Перечисление занятий героя («пас свиней, коров и коз», «носил воду на покос», «арыка чистил») создаёт ритм монотонной, изнуряющей рутины. 

Это не героика, а повседневность военного времени — то, что формировало характер без пафоса. 

5. Встреча со страхом. 

Эпизод со стаей волков («Не убегать и не кричать! / Не тронули!») — метафора выживания через самообладание. 

Ребёнок учится контролировать ужас, чтобы остаться в живых. 

Это микрокосм опыта: тишина и выдержка спасают чаще, чем сила. 

6. Цена тепла и безопасности.

«Чтоб валенки и шапку заслужить, / Пришлось в окоп бросать гранаты» — шокирующая строчка. 

«Заслужить» элементарные вещи (одежду) через участие в учебном гранатометании — абсурд войны, где детство лишается права на защиту. 

Гранаты в окопе — не подвиг, а обмен: тепло валенок и шапки на риск смерти. 

7. Время как судья. 

Финал («Вот так распорядилось Время жить: / Была война. Остались только даты») звучит как приговор. 

«Время» здесь — не абстрактная категория, а сила, которая ломает судьбы. 

«Даты» — холодность истории, которая сводит живую боль к хронике. 

Художественные особенности 
  • Просторечие и разговорность («на дворе-то», «пожаловала стая») придают тексту достоверность, словно это устный рассказ. 
  • Антитезы (лето vs необходимость работать, ребёнок vs военные задачи) усиливают драматизм. 
  • Минимализм образов — нет гипербол, только факты, что делает стихотворение ещё более пугающим. 
  • Ритм — чередование длинных и коротких строк имитирует сбивчивое дыхание воспоминания. 
Итог Владимир Пелевин показывает войну через призму детского опыта, где нет пафоса, но есть голая правда: война крадёт детство, заменяя его трудом, страхом и ранней мудростью. 

Стихотворение становится памятником не героям, а тем, кто просто выжил, не имея на это ни прав, ни сил — но нашёл их в себе.

Художественный разбор стихотворения В.А. Пелевина «Детская память о войне» 

1. Общая характеристика 

Стихотворение написано в лиро‑эпическом ключе: сквозь призму личного воспоминания раскрывается масштабная историческая трагедия. 

Дата в конце текста (9 мая 2010 года) подчёркивает: это не просто воспоминание, а осознанный акт памяти, приуроченный ко Дню Победы. 

Жанр — гражданская лирика с элементами исповеди. 

Размер — вольный акцентный стих с нерегулярной рифмовкой, что придаёт речи естественность устного рассказа. 

2. Тема и идея 

Главная тема — детство, опалённое войной: лишение радостей, раннее взросление, ежедневный труд и страх. 

Идея — война искажает естественный ход жизни, заставляя ребёнка жить по законам выживания; память о том времени не утихает, превращаясь в нравственный след. 

Проблематика:цена выживания в условиях войны; контраст детского мира и военной реальности; память как нравственный долг. 

3. Композиция и сюжет

Стихотворение строится как цепь воспоминаний, выстроенных по принципу нарастания тяжести: 
  • Вступление («О детстве память не даёт житья») — заявлена боль памяти, которая не отпускает. 
  • Панорама войны («в сорок первом году я — / В дыму пожарищ Родина моя») — лирический герой отождествляет себя со страной; образ дыма закрывает небо, символизируя утрату мира и света. 
  • Быт войны («Не каждый день привозят хлеба…») — дефицит как норма жизни; хлеб идёт «войскам», подчёркивая жертвенность тыла. 
  • Детство, съеденное трудом («Мне только год пошёл седьмой») — резкий контраст возраста и нагрузки: летний зной vs приказ «Работай, выжить чтоб зимой». 
  • Труд как рутина («пас свиней, коров и коз», «носил воду», «арыка чистил») — перечисление создаёт ритм монотонности, будничности ужаса. 
  • Встреча со страхом (эпизод с волками) — испытание на выдержку: «Не убегать и не кричать!» — формула выживания. 
  • Война как обмен («Чтоб валенки и шапку заслужить, / Пришлось в окоп бросать гранаты») — шокирующий парадокс: тепло покупается риском смерти. 
  • Финал-приговор («Вот так распорядилось Время жить…») — время выступает как безжалостная сила; «Остались только даты» — холодность истории vs живая боль.
4. Образы и символы 
  • Дым пожарищ — метафора опустошения, потери ориентиров. 
  • Небо, скрытое дымом — утрата надежды, света, детства. 
  • Хлеб, идущий войскам — символ жертвенности тыла. 
  • Летний зной — контраст между естественным ходом жизни и насильственной необходимостью труда. 
  • Волки — олицетворение страха, который нужно преодолеть молча. 
  • Валенки и шапка — элементарные вещи, ставшие роскошью, их надо заслужить. 
  • Время — персонифицированная сила, которая ломает судьбы. 
  • Даты — холодность хроники, стирающая живую боль.
5. Художественные средства 
  • Анафора («О детстве…», «Как будто…») — создаёт эффект навязчивого воспоминания.
  • Параллелизм («Я пас…», «Носил…», «Чистил…») — подчёркивает рутинность труда. 
  • Антитезы: детство vs война; летний зной vs необходимость работать зимой; тишина ребёнка vs грохот войны. 
  • Просторечия («на дворе-то», «пожаловала стая») — придают достоверность, имитируют устную речь. 
  • Минимализм образов — отсутствие метафорической пышности; факты говорят громче фигур речи. 
  • Ритм — чередование коротких и длинных строк имитирует сбивчивое дыхание воспоминания.
  • Повторы («Не убегать и не кричать!») — как мантра выживания. 
  • Инверсия («Идёт войскам весь на потребу…») — усиливает ощущение нарушенного порядка.
6. Стилистические особенности 
  • Разговорная интонация — стихотворение звучит как рассказ очевидца, без пафоса и героизации.
  • Документальность — конкретные детали («арык», «совхоз», возраст героя) создают эффект присутствия. 
  • Лаконизм — каждая строка несёт смысловую нагрузку; нет «лишних» слов. Контраст тона — от тихой печали вступления до горькой иронии финала. 
7. Эмоциональное воздействие 

Стихотворение вызывает: сострадание — к ребёнку, лишённому детства; 

ужас — перед абсурдом войны, где тепло покупается бросками гранат; 

гнев — на время, которое «распорядилось» так жестоко;

благодарность — за память, которая не позволяет забыть цену Победы. 

8. Итог 

Владимир Пелевин создаёт памятник не героям, а выжившим — тем, кто не имел права на слабость, но нашёл в себе силы жить. 

Стихотворение становится голосом поколения, чьё детство было украдено войной. 

Через простоту языка и точность деталей автор добивается эффекта документальной исповеди, где каждая строка — шрам на памяти. 

Ключевая мысль: война не заканчивается в 1945‑м — она продолжается в памяти тех, кто выжил, и в датах, которые мы обязаны помнить.

Владимир Пелевин. НОСТАЛЬГИЯ ПО ЗАВОДСКОМУ КОЛЛЕКТИВУ В УДМУРТИИ.


НОСТАЛЬГИЯ ПО ЗАВОДСКОМУ КОЛЛЕКТИВУ В УДМУРТИИ 

Там берег был, но не морской, 
И воздух вовсе не такой, 
Каким дышал поздней на Тихом … 

Удмуртию «прошёл», как по Тверской. 
Три года вспоминаются с тоской: 
Работаю без насморка и чиха! 

Спускали нам серьёзный план. 
Девчата, вникнув, не боялись. 
В придачу мастер новый дан – 
Я помню; надо мной смеялись. 

Кто по-хорошему, кто зло … 
Такое в ВУЗе и не снилось. 
Полгода, кажется, прошло 
И мнение вдруг изменилось. 

Девчата бросились гурьбой, 
Родителей отбросив наставленья, 
Обхаживать, ухаживать за мной – 
И это поднимало настроение. 

Конечно, я обмяк, размяк 
И даже как-то растерялся … 
Себя взял в руки: курс – маяк! 
Он, почему-то, Светой назывался. 

Сентябрь 1959 года 

г. Ижевск 

п/я 65 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.33.

суббота, 18 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. БЫЛ СДЕЛАН ВЫБОР В ПОЛЬЗУ ОКЕАНА.


БЫЛ СДЕЛАН ВЫБОР В ПОЛЬЗУ ОКЕАНА 

Почтовый ящик. За три года 
Пять должностей я одолел. 
В том не причём генетика с природой: 
Меня просили - отказать не смел. 

Не для себя, а для других старался. 
Подметили мой работящий пыл – 
И в кадрах «перспективным» оказался, 
Хотя стеснительным я слыл. 

Конструктор, а затем технолог. 
Вдруг мастером по спецзаказу в цех... 
Да, заводской был путь не долог – 
Я даже не запомнил всех. 

Но многих помню поимённо – 
Об этом я рассказывал и в СМИ. 
Весомым стал, определённо, 
Опыт общения с людьми. 

Для многих неожиданностью стало 
Решение всё бросить - и на флот! 
В пример я приводил, устало, 
Гагарина космический полёт. 

Не зря заканчивал ВУЗ Невский 
И к морю рвался каждою весной. 
И Мартиросов, и Маевский, 
И военком довольны были мной. 

Меня пленили не икра и рыба – 
Романтики морской обман... 
На речке Ма я сделал выбор – 
И Сушу променял на Океан! 

13 апреля 2012 года. Харьков. 

В день 50-летия ухода с завода (Ижевск) на Тихоокеанский флот (Владивосток). 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.32.

Владимир Пелевин. Я К МОРЮ КЕМ-ТО БЫЛ «ПРИПИСАН».


Я К МОРЮ КЕМ-ТО БЫЛ «ПРИПИСАН» 

Могу я вам о многом написать. 
Что было, есть и будет вскоре… 
Но каждый раз хочу сказать: 
Лишь снится море, только море! 

Я снова задаю себе вопрос 
Откуда к морю эта тяга? 
На сухопутье, в основном, я рос. 
Наверное, всё это от варягов. 

От Маринеско с Балтики седой, 
От Севастополя героев … 
Вопрос, казалось бы, простой. 
Ответ не прост-я вам не скрою. 

Морями Заполярья не ходил: 
Не ощутил я к ним пристрастья. 
Я Тихий океан когда-то полюбил – 
Теперь в Приморье внучка Настя. 

Неоднократно я тонул – 
Друзья и обстоятельства спасали, 
Я гороскоп однажды развернул – 
В нём жизнь мою по строчкам расписали. 

Не знаю, за какие там грехи, - 
Навечно к морю «приписали»! 
Теперь пишу об этом я стихи, 
Чтоб внуки и об этом знали … 

30 октября 2013 года.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.31.

Владимир Пелевин. В ПРИКАЗАХ ДВУХ МИНИСТРОВ ОКАЗАЛСЯ.


В ПРИКАЗАХ ДВУХ МИНИСТРОВ ОКАЗАЛСЯ 

То я матрос, то даже старший, 
То в званьи «старшина 2-ой статьи» - 
Я в Палдиски в морском параде-марше! 
Родные удивляются мои... 

Куда попал я и почему для НАТО 
Варшавский Договор «в глазу бревно»? 
Ответить на вопросы надо б, 
А, вот, кому? Для вас мне суждено. 

Грозят войной на суше и на море – 
После Большой войны вновь оборзели, 
А нам совсем не хочется быть в ссоре, 
Но долго мы в ущерб себе терпели... 

В кулак собрав морские силы, 
Выходим в море на ученья. 
Мы Балтику родную бороздили 
И воевать учились, без сомненья. 

Я оценён за ратные итоги: 
Двумя министрами отмечен! 
А знают ли об этом боги? 
Узнали в вузе в тот же вечер! 

Сентябрь 1957 года

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.30.

Владимир Пелевин. Седая Балтика проверила меня на профпригодность.


СЕДАЯ БАЛТИКА ПРОВЕРИЛА МЕНЯ НА ПРОФПРИГОДНОСТЬ 

Я не из тех, кто родился у моря. 
И не из тех, кто с детства грезил им: 
Оно как символ ужаса и горя, 
Казалось мне и бурным, и чужим … 

Но надо мною жизнь сама смеётся: 
Сейчас, вот, я на палубе стою – 
Волна на леерах на части рвётся, 
Без устали гоняя мысль мою … 

Пусть кубрик мал, а иногда и тесен, 
Пусть труден продолжительный поход, 
Не обойтись нам без стихов и песен 
В которых всё известно наперёд … 

*** 
Не всем, но многим, видел, надоест 
И флотский борщ, и овсяная каша, 
Стихия водная с борта окрест 
И неизвестность возвращения наша. 

Пройдут года. Быть может, жизнь 
Свяжу и я со службою на море… 
Ну, а сейчас, студент, за леера держись, 
Чтоб оморячивание не стало горем! 

Сентябрь 1957 года 

Город Таллинн 
Крейсер «Чкалов» 
Балтийский флот

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.29.

В сентябре 1957 года студент ЛЭТИ Владимир Пелевин проходил оморячивание на крейсере 68-К проекта "Чкалов" (в октябре 1958 года был переименован в лёгкий учебный крейсер "Комсомолец") Балтийского флота.

Анализ стихотворения В.А. Пелевина «Седая Балтика проверила меня на профпригодность» от Алиса Al. 

Общая характеристика. 

Стихотворение написано в сентябре 1957 года на крейсере «Чкалов» в Таллине. Оно вошло в сборник «От Певека до Камрани» (2019, изд-во «Константа»). 

Текст отражает ранний этап творчества автора и связан с морским опытом: это не абстрактная пейзажная лирика, а исповедь новичка, проходящего «проверку» морской стихией. 

Тема и идея. 

Центральная тема — становление личности в условиях морского похода: преодоление страха, привыкание к быту корабля, осознание причастности к флотской традиции. 

Идея раскрывается через метафору «проверки на профпригодность»: море выступает как строгий экзаменатор, а герой — как студент/новичок, которому предстоит доказать свою готовность к морской службе. 

Ключевые смысловые узлы: 
  • Противопоставление «своего» и «чужого»: изначально море воспринимается как «символ ужаса и горя», чуждое и бурное. 
  • Процесс «оморячивания»: постепенное принятие морской стихии, осознание её закономерностей. 
  • Коллективность флотского быта: важность песен, традиций, совместного преодоления трудностей. 
  • Перспектива будущего: возможность связать жизнь с морем («Пройдут года… жизнь свяжу и я со службою на море»). 
Композиция и сюжет. 

Стихотворение построено как линейное повествование с чёткими этапами: 
  • Исходная позиция (1-я строфа): отчуждение от моря, страх перед ним. 
  • Настоящее время (2–4-я строфы): пребывание на корабле, столкновение с реальностью (тесный кубрик, рутинная еда, непогода). 
  • Перспектива (5-я строфа): возможное принятие морской судьбы. 
Кульминация — призыв в финале: «Ну, а сейчас, студент, за леера держись, / Чтоб оморячивание не стало горем!» — акцент на активном преодолении, а не пассивном подчинении. 

Образы и символы. 
  • «Седая Балтика» — олицетворение моря как мудрого, сурового наставника. Эпитет «седая» подчёркивает его возраст, опыт, непререкаемый авторитет. 
  • «Леера» (тросы вдоль борта) — метафора опоры, необходимости держаться за правила и традиции флота. 
  • «Оморячивание» — ключевой неологизм: процесс превращения новичка в моряка, включающий физическую и психологическую адаптацию. 
  • Бытовые детали (кубрик, флотский борщ, овсяная каша) — придают тексту достоверность, показывают, что «проверка» идёт через рутину, а не только через экстремальные ситуации.
Художественные средства. 
  • Антитеза: «не из тех, кто родился у моря» ; «жизнь свяжу… со службою на море». 
  • Метафоры: «волна на леерах на части рвётся» (бунт стихии), «оморячивание» (становление моряком). 
  • Эпитеты: «седая Балтика», «продолжительный поход», «неизвестность возвращения». 
  • Повторы и параллелизмы: «Не всем, но многим…», «Пусть кубрик мал… Пусть труден…» — подчёркивают системность испытаний. 
  • Разговорная лексика («оморячивание», «студент») — создаёт эффект доверительного обращения, снижает пафос. 
Стилистика и ритм. 
  • Размер: четырёхстопный ямб с перекрёстной рифмовкой (АБАБ). 
  • Интонация: разговорная, с элементами назидания (финальный призыв). 
  • Звукопись: аллитерации на «р» и «л» («волна на леерах на части рвётся») передают шум моря и скрип снастей. 
Контекст и значение. 

Стихотворение отражает советскую морскую традицию 1950-х: акцент на коллективизме, дисциплине, постепенном взрослении через труд. При этом автор избегает шаблонного героизма — его герой не покоряет стихию, а учится с ней сосуществовать. 

Значение текста — в фиксации психологического перехода: от страха к принятию, от «чужого» к «своему». 

«Проверка на профпригодность» оказывается не только профессиональным, но и личностным испытанием, где главное — не сила, а умение держаться за «леера» традиций и товарищества. 

Вывод. «Седая Балтика…» — это лирический документ эпохи, сочетающий конкретику морского быта с универсальной темой взросления. 

Через простую композицию и точные детали Владимир Пелевин показывает, как человек находит своё место в мире, где правила задаёт не он, а стихия.

пятница, 17 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. Студенчество не только радость.


СТУДЕНЧЕСТВО - НЕ ТОЛЬКО РАДОСТЬ 

Студенческая жизнь однообразия 
Не терпит - уверяю, читатели, вас всех. 
Зубрилы вызывают неприязнь и смех. 
Попали в вузе европейцы в Азию! 

Одни меняют на часы рубашки, 
Другие жарят сельдь с капустой, 
Не могут третьи жить без кукурузной кашки, 
А у меня опять в карманах пусто. 

На булку городскую лишь хватает, 
Батончик шоколадный через день – 
Стипендия как снег в ладонях тает, 
Где деньги на тюльпаны и сирень? 

Но в общежитии царила солидарность. 
Взаимовыручка всегда на высоте. 
У нас ценилось слово «благодарность» 
И долг прощался по душевной простоте. 

Студенческая жизнь однообразия 
Не терпит и терпеть не будет: 
Бывают, безусловно, безобразия... 
Пока живут на свете люди.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.28.

Разбор стихотворения Владимира Пелевина «Студенчество ...» от Алиса Al

1. Общая характеристика 

Жанр: лирическое стихотворение с элементами бытовой зарисовки и философского обобщения. 

Тон: разговорный, ироничный, но без сарказма — скорее добродушное подведение итогов.

Размер и рифма: вольный ритм, нерегулярная рифмовка (перекрёстная и смежная), что имитирует живую речь, поток воспоминаний. 

Композиция: кольцевая (начальная и финальная строки перекликаются), с нарастанием от бытовых деталей к обобщению. 

2. Тема и идея 

Главная тема: многогранность студенческой жизни — не только веселье, но и трудности, быт, взаимопомощь. 

Идея: студенчество — особая эпоха, где соседствуют материальная скудость и душевная щедрость, абсурдные ситуации и подлинная дружба. 

Проблематика: 

контраст между романтическим образом студенчества и его бытовыми реалиями; 

ценность взаимовыручки и благодарности в условиях нехватки ресурсов; 

ирония над стереотипами («зубрилы», «европейцы в Азии»). 

3. Композиция и развитие мысли 

Зачин («Студенческая жизнь однообразия / Не терпит…») — тезис о динамичности студенческого быта. 

Бытовые контрасты: неприязнь к «зубрилам» (ирония над академической строгостью);

курьёзные привычки однокурсников («меняют на часы рубашки», «жарят сельдь с капустой»);

личная материальная неустроенность («в карманах пусто», «на булку городскую лишь хватает»). 

Кульминационный поворот — переход от быта к нравственной сути: «Но в общежитии царила солидарность» — ключ к пониманию студенческого братства; ценности «благодарность» и «душевная простота» противопоставлены материальным заботам. 

Финал‑обобщение («Студенческая жизнь однообразия / Не терпит и терпеть не будет…») — повторение начального тезиса с усилением: жизнь студентов всегда полна событий, даже «безобразий», потому что это время становления. 

4. Образы и символы 

«Зубрилы» — стереотип усердного студента; вызывают не злобу, а смех, что снимает напряжение. 

«Европейцы в Азию» — метафора культурного диссонанса: вуз как пространство смешения традиций и привычек. 

Бытовые детали (сельдь с капустой, кукурузная кашка, батончик шоколадный) — конкретика, создающая эффект присутствия. 

«Стипендия как снег в ладонях тает» — сравнение, передающее хрупкость материального благополучия. 

«Тюльпаны и сирень» — символы романтики, недоступной из‑за бедности; контраст с прозаическими «булкой» и «батончиком». 

Общежитие — локус солидарности, где формируются истинные ценности. 

5. Художественные средства 

Антитеза: материальная скудость vs духовная щедрость; индивидуальные причуды студентов vs общее чувство локтя. 

Сравнения: «стипендия как снег в ладонях тает» — образ ускользающих денег. 

Повторы и параллелизмы: «Студенческая жизнь однообразия / Не терпит…» (начало и конец) — кольцевая композиция; перечисления привычек студентов («Одни… Другие… Не могут третьи…») — эффект калейдоскопа. 

Ирония: «Попали в вузе европейцы в Азию!» — игра с географическими и культурными образами. 

Разговорная лексика: «булка городская», «в карманах пусто» — достоверность, близость к устной речи. 

Метафоры: «царила солидарность», «взаимовыручка на высоте» — возвышение обыденного до уровня ценности. 

Инверсия: «У нас ценилось слово „благодарность“» — акцент на нравственном идеале. 

6. Стилистические особенности 

Документальность: конкретные детали быта (продукты, деньги, общежитие) создают эффект мемуарности. 

Ироничная интонация без злобы: автор смотрит на прошлое с улыбкой, но без снисходительности. 

Лаконизм: каждая строка несёт смысловую нагрузку; нет «лишних» описаний. 

Ритм: неровный, с перепадами длины строк — имитация спонтанного рассказа. 

7. Эмоциональное воздействие 

Стихотворение вызывает: сочувствие к материальной неустроенности студента; 

тёплую ностальгию по атмосфере общежития и дружбы; 

улыбку над курьёзными привычками однокурсников; 

уважение к ценности взаимовыручки в сложных условиях. 

8. Итог 

Владимир Пелевин создаёт портрет студенчества без гламура: это время, где соседствуют голод и щедрость, смешные привычки и глубокие человеческие связи. 

Через бытовые детали и ироничные наблюдения автор раскрывает главную мысль: студенческая жизнь ценна не комфортом, а тем, что она учит солидарности, благодарности и умению видеть радость в малом. 

Ключевая мысль: студенчество — это школа жизни, где материальная скудость компенсируется богатством отношений, а «безобразия» становятся частью неповторимого опыта.

суббота, 11 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. За пределы Ленинграда


ЗА ПРЕДЕЛЫ ЛЕНИНГРАДА 

Вновь открываю поэтическую книгу – 
Точнее: мой студенческий дневник 
Оказывается, я ездил в Ригу
На ВЭФе в производство вник … 

Оказывается, я посещал и Таллин 
Во время сбора кафедры морской: 
Матросами, старшинами мы стали – 
Познали вкус волны седой … 

Поездка в Выборг нам открыла 
Историю Руси моей родной. 
Земля ещё здесь не остыла 
От обстановки боевой. 

Все города под Ленинградом 
С дворцами, парками я посетил. 
Вдвойне возненавидел немца – гада, 
Который нашу память осквернил. 

В Северо-запад Родины влюбился: 
Здесь всё не так и этак, как в Сумах
Однажды цикл учебный завершился: 
В удмуртских оказался я лесах. 

Закалку получив на «оборонке», 
Работая отчасти и на флот, 
Оставил я «ижевскую сторонку», 
Не зная, что меня на флоте ждёт. 

Апрель 1962 года.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.27.

Художественный разбор стихотворения В. Пелевина «За пределы Ленинграда» 

1. Общая характеристика 
  • Жанр: лирико‑мемуарное стихотворение с элементами путевых заметок; гражданская лирика.
  • Тон: сдержанный, исповедальный, с налётом ностальгии и гражданской позиции. 
  • Размер и рифма: вольный ямб с нерегулярной рифмовкой (преимущественно перекрёстной и смежной); ритм приближён к разговорной речи, что усиливает эффект воспоминания. 
  • Композиция: линейная, хронологическая — от студенческих поездок к профессиональному становлению; завершается открытой перспективой («не зная, что меня на флоте ждёт»).
2. Тема и идея 
  • Главная тема: путь молодого человека через путешествия и труд к осознанию Родины и своего места в ней; память о войне и связь поколений. 
  • Идея: личные маршруты (учёба, практика, поездки) складываются в карту Северной Руси, где история и природа формируют характер; труд и служба становятся школой гражданственности. 
  • Проблематика: память о Великой Отечественной войне и её нравственный след; становление личности через опыт поездок по стране и работы; противопоставление «своего» (Северо‑Запад) и «иного» (Сумы, Удмуртия); неопределённость будущего на фоне твёрдой опоры в прошлом.

Владимир Пелевин. В ГОРОД ПЕТРА ЗА ЗНАНИЯМИ.


В ГОРОД ПЕТРА ЗА ЗНАНИЯМИ. 

Родители сказали: «Поезжай, учись!». 
Переживаю «чудные мгновенья»: 
Действительно, везде Петра творенья, 
Куда в «Пальмире северной» не повернись… 

С трудом, но познаю в ЛЭТИ науки - 
Медаль сумская легче мне далась. 
Я пережил страдания и муки
Когда стипендии лишала власть. 

Приехавшим, как мне, на Север с Юга, 
Слишком дождливым показался регион. 
Без общежития пришлось мне туго. 
Всё же на 1-ый Муринский вселён. 

Студенчество - пора у нас такая, 
Когда на третьем только курсе сознаёшь: 
Тебя не исключат - и жизнь теперь другая. 
На демонстрацию сознательно идёшь! 

И вот уже ты в Школе танцев бальных
В консерваторию достал абонемент, 
Включился в поиск братьев дальних, 
Сходить в Русский музей ищу момент. 

А Эрмитаж? О, Ленинград! 
Для мозговых извилин - клад.

*1-ый Муринский - проспект, на котором находились общежития ЛЭТИ.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.26.

среда, 8 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. ЧЕТЫРЕ ГОРОДА ПО ЖИЗНИ.


ЧЕТЫРЕ ГОРОДА ПО ЖИЗНИ 

До службы в четырёх жил городах. 
И каждый дорог мне по жизни очень. 
Я их упоминал не раз в своих стихах: 
Хвалил и хаил, между прочим... 

Город Кинель - его учхозы и совхозы. 
Здесь детства годы и войны прошли. 
Здесь осознал семье, да и себе угрозы, 
Но беды ветры в сорок пятом унесли, 

Где новою семьёй чуть-чуть не обзавёлся, 
Очнувшись в госпитале от ран - 
Нам нужен был хоть инвалид и ветеран. 

Стал комсомольцем я в Сумах
С серебряной медалью школу завершил. 
Мне нравился строительства размах, 
Курс на озеленение - нормально жил. 

Учился в Ленинграде пять с половиной лет: 
Студенчества этап дипломом завершился, 
Который морем пахнет - синий цвет! 
Через три года я на море очутился. 

А между Ленинградом и Приморским краем 
Был у меня по жизни Ижевск-город. 
В стихах он тоже часто поминаем: 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.24.

Случайные публикации

Популярные сообщения