четверг, 6 июня 2024 г.

Владимир Пелевин. ГЕОГРАФИЯ СЛУЖБЫ.


ОТ … И ДО … 
ГЕОГРАФИЯ СЛУЖБЫ 

От Певека до Артека 
И от Бреста до Курил 
Всё объехал и объездил – 
Даже Тихий покорил! 

Бороздил его я сверху 
И ходил на глубину. 
Порой было не до смеху – 
Защищал свою страну! 

В Сан-Диего трепетали, 
Недоумевал Гуам… 
В США гадать устали: 
На кой чёрт Гавайи нам? 

Гибли корабли и лодки 
Гибли люди, что ни день – 
Бескозырки и пилотки 
Лишь на фото набекрень. 

«Набекрень мозги»? Считалось 
Самой худшей из примет, 
А в газетах сообщалось: 
«Всё нормально и жертв нет». 

И хотя не воевали, 
Хоронили день за днём. 
Для чего-то всё скрывали: 
Разберёмся, мол, потом … 

Владивосток, 
остров Русский 1971 год

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 42.

понедельник, 27 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. ПРЕДСКАЗАНИЕ СВЕРШИЛОСЬ.


ПРЕДСКАЗАНИЕ СВЕРШИЛОСЬ 

От матроса 
До капраза, 
Как какую-то заразу, 
Берегли меня от сглазу … 

Наблюдали, изучали, 
Без беседы назначали. 
Что ни год, то обучали, 
Для чего-то облучали 

И куда-то посылали … 
Вспомнив, снова возвращали. 
Всех за что-то награждали - 
Меня трижды представляли. 

Обмывать то обмывали, 
Но ни разу не вручали – 
Те награды отдавали 
                      «Хорошо известным лицам»! 
Оставалось лишь – напиться! 

Я дошёл до нездоровья – 
Истекал однажды кровью. 
Зрение терял и слух – 
Снизошёл святой, знать, дух: 

«Ты, Пелевин, намотался. 
Ты, Пелевин, надорвался – 
Полумёртв и полужив, 
Двадцать пять лет отслужив. 

Велика родная Русь. 
Поразмысли и не трусь - 
На «гражданку» уходи. 
У тебя есть впереди 

Столько же цивильной жизни 
В неизвестной мне Отчизне!». 
Вот-те на, скажи на милость: 
Предсказание свершилось. 

И пришлось мне осознать: 
Двадцать пять плюс 25 – 
Сослуживцы говорят 
Будет ровно пятьдесят! 

14 апреля 2012 года 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 40,41.

О флотской службе в разных измерениях.


***

О флотской службе в разных измерениях ..... 39 




















Гвардейский знак отца ..... 66

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год.

пятница, 24 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. ПОЛКОВНИК ШУРИН - МОЙ КУМИР.


ПОЛКОВНИК ШУРИН - МОЙ КУМИР 

(Светлой памяти Громова Георгия Александровича)

По жизни да и в службе мне в пример 
Хотя Георгий не утюжил океан: 
В вопросах многих, словно валенок, я – сер, 
Неопытен и кое в чём профан. 

Он – пулемётчик и артиллерист, 
Из Забайкалья прибывший на Волгу, 
Подкараулил в сентябре фашист: 
Под Сталинградом воевал недолго. 

Но воевал, и выполнил свой долг. 
В строю после лечения остался – 
Жаль, не попал в родной он полк. 
С ранением сестре моей достался … 

И в артучилище служил в Сумах, 
В Днепропетровске, в гарнизонах флота. 
Оставил память о себе он в сыновьях … 
Мне помнится и обо мне забота. 

Не каждый знает: я ещё служил, 
А он жильём моим был озабочен! 
Мой шурин благодарность заслужил – 
И тем, что нет его, я опечален очень. 

По званию Георгия я всё-таки догнал, 
По должности - чуть-чуть не дослужился. 
Во все проблемы он мои вникал. 
Я атеист, но на него молился... 

Закончив службу, в Харьков прилетел 
Со всей семьёй на первую ночёвку. 
И до того я, помню точно, осмелел, 
Что обмывал любую с ним обновку... 

Взаимное признание ласкало глаз. 
В морях бывали, исколесили сушу... 
Седой полковник и седеющий капраз 
Век доживали душа в душу. 

По четверть века «с гаком» отслужив, 
Пришлось и на «гражданке» потрудиться. 
На «Красную Звезду» работал - дорожил! 
Мне шурином опять пришлось гордиться. 

© Владимир Пелевин. 


Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр. 37,38.

Полковник Громов Георгий Александрович. Бессмертный полк.


Владимир Пелевин. ДВЕ СЕСТРЫ.


ДВЕ СЕСТРЫ 

ЖИЗНЬ и СМЕРТЬ – две сестры, как известно. 
С дня рождения со мною живут. 
Мне порою бывает так тесно, 
Когда рядом и пьют, и жуют. 

И следят за здоровьем друг друга, 
Чтобы первой успеть прислужить. 
В летний зной и холодную вьюгу 
Я прошу их пока не спешить. 

У одной сестры – модная стрижка, 
У другой сестры – чудо-коса. 
Верх блаженства: блины и коврижка, 
Земляничной поляны краса. 

На сгоревшем свинарнике вкусный, 
Ядовитый по книгам, паслён. 
По источникам письменным, устным 
Я войной тоже был опалён. 

Парусиновые знал ботинки, 
На печи крошки хлеба искал. 
Видел Смерть вовсе не на картине, 
Потому в День Победы рыдал. 

Верх берёт то одна, то другая … 
Идут годы – живу с ними я. 
И сестёр, то хваля, то ругая, 
Убеждаю всех: «Это семья»! 

И не надо мне нравоучений: 
Столько прожил! И ныне живу. 
Были радость и горечь мучений – 
С сёстрами не одно рандеву. 

И шагать ещё с ними по жизни 
Мне придётся столетия чверть. 
Присягал я когда-то Отчизне: 
Если надо, могу умереть 

За неё, землю нашу, идею, 
За товарищей и за родных. 
Перед сёстрами - благоговею, 
Но пусть больше нас будет живых! 

Март 2010 года, за сорок дней до 75-летнего юбилея.

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.35, 36.

воскресенье, 19 мая 2024 г.

Владимир Пелевин. Детская память о войне


ДЕТСКАЯ ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ 

О детстве память не даёт житья. 
Как будто в сорок первом году я – 
В дыму пожарищ Родина моя. 

Уже не видим днём и неба. 
Не каждый день привозят хлеба: 
Идёт войскам весь на потребу... 

Мне только год пошёл седьмой. 
«Работай, выжить чтоб зимой», 
А на дворе-то летний зной! 

Большим, я помню, был совхоз. 
Я пас свиней, коров и коз. 
Носил и воду на покос. 
Взрослел и очень быстро рос. 

Арыка чистил раз откос - 
Волков пожаловала стая. 
Задача у меня была простая: 

Не убегать и не кричать! 
Не тронули! 
Пошли табун искать... 

Чтоб валенки и шапку заслужить, 
Пришлось в окоп бросать гранаты. 
Вот так распорядилось Время жить: 
Была война. Остались только даты. 

9 мая 2010 года. 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.34.

Стихотворение Владимира Александровича Пелевина «Детская память о войне» — пронзительный монолог человека, пережившего военное детство. 

Через простые, но ёмкие образы автор передаёт атмосферу лишений, раннего взросления и хрупкой стойкости ребёнка на фоне всенародной трагедии. 

Ключевые мотивы и образы 

1.Память как незаживающая рана. 

Первая строка задаёт тон: «О детстве память не даёт житья». 

Память не просто вспоминает — она «не даёт житья», то есть продолжает болеть, вторгаться в настоящее. 

Это не ностальгия, а травма, которая не стирается временем. 

2. Война как среда обитания. 

Лирический герой отождествляет себя со страной: «в сорок первом году я — / В дыму пожарищ Родина моя». Он не наблюдает войну со стороны — он есть война, её часть. 

Дым, отсутствие неба, дефицит хлеба — бытовые детали, становясь символами, передают масштаб бедствия. 

3. Детство, съеденное войной.  

«Мне только год пошёл седьмой» — акцент на хрупкости возраста. 

«Работай, выжить чтоб зимой» — императив, который заменяет детские игры. 

 «А на дворе-то летний зной!» — контраст между естественным ходом жизни (лето как время отдыха) и насильственной необходимостью труда. 

4. Труд как выживание.

Перечисление занятий героя («пас свиней, коров и коз», «носил воду на покос», «арыка чистил») создаёт ритм монотонной, изнуряющей рутины. 

Это не героика, а повседневность военного времени — то, что формировало характер без пафоса. 

5. Встреча со страхом. 

Эпизод со стаей волков («Не убегать и не кричать! / Не тронули!») — метафора выживания через самообладание. 

Ребёнок учится контролировать ужас, чтобы остаться в живых. 

Это микрокосм опыта: тишина и выдержка спасают чаще, чем сила. 

6. Цена тепла и безопасности.

«Чтоб валенки и шапку заслужить, / Пришлось в окоп бросать гранаты» — шокирующая строчка. 

«Заслужить» элементарные вещи (одежду) через участие в учебном гранатометании — абсурд войны, где детство лишается права на защиту. 

Гранаты в окопе — не подвиг, а обмен: тепло валенок и шапки на риск смерти. 

7. Время как судья. 

Финал («Вот так распорядилось Время жить: / Была война. Остались только даты») звучит как приговор. 

«Время» здесь — не абстрактная категория, а сила, которая ломает судьбы. 

«Даты» — холодность истории, которая сводит живую боль к хронике. 

Художественные особенности 
  • Просторечие и разговорность («на дворе-то», «пожаловала стая») придают тексту достоверность, словно это устный рассказ. 
  • Антитезы (лето vs необходимость работать, ребёнок vs военные задачи) усиливают драматизм. 
  • Минимализм образов — нет гипербол, только факты, что делает стихотворение ещё более пугающим. 
  • Ритм — чередование длинных и коротких строк имитирует сбивчивое дыхание воспоминания. 
Итог Владимир Пелевин показывает войну через призму детского опыта, где нет пафоса, но есть голая правда: война крадёт детство, заменяя его трудом, страхом и ранней мудростью. 

Стихотворение становится памятником не героям, а тем, кто просто выжил, не имея на это ни прав, ни сил — но нашёл их в себе.

Художественный разбор стихотворения В.А. Пелевина «Детская память о войне» 

1. Общая характеристика 

Стихотворение написано в лиро‑эпическом ключе: сквозь призму личного воспоминания раскрывается масштабная историческая трагедия. 

Дата в конце текста (9 мая 2010 года) подчёркивает: это не просто воспоминание, а осознанный акт памяти, приуроченный ко Дню Победы. 

Жанр — гражданская лирика с элементами исповеди. 

Размер — вольный акцентный стих с нерегулярной рифмовкой, что придаёт речи естественность устного рассказа. 

2. Тема и идея 

Главная тема — детство, опалённое войной: лишение радостей, раннее взросление, ежедневный труд и страх. 

Идея — война искажает естественный ход жизни, заставляя ребёнка жить по законам выживания; память о том времени не утихает, превращаясь в нравственный след. 

Проблематика:цена выживания в условиях войны; контраст детского мира и военной реальности; память как нравственный долг. 

3. Композиция и сюжет

Стихотворение строится как цепь воспоминаний, выстроенных по принципу нарастания тяжести: 
  • Вступление («О детстве память не даёт житья») — заявлена боль памяти, которая не отпускает. 
  • Панорама войны («в сорок первом году я — / В дыму пожарищ Родина моя») — лирический герой отождествляет себя со страной; образ дыма закрывает небо, символизируя утрату мира и света. 
  • Быт войны («Не каждый день привозят хлеба…») — дефицит как норма жизни; хлеб идёт «войскам», подчёркивая жертвенность тыла. 
  • Детство, съеденное трудом («Мне только год пошёл седьмой») — резкий контраст возраста и нагрузки: летний зной vs приказ «Работай, выжить чтоб зимой». 
  • Труд как рутина («пас свиней, коров и коз», «носил воду», «арыка чистил») — перечисление создаёт ритм монотонности, будничности ужаса. 
  • Встреча со страхом (эпизод с волками) — испытание на выдержку: «Не убегать и не кричать!» — формула выживания. 
  • Война как обмен («Чтоб валенки и шапку заслужить, / Пришлось в окоп бросать гранаты») — шокирующий парадокс: тепло покупается риском смерти. 
  • Финал-приговор («Вот так распорядилось Время жить…») — время выступает как безжалостная сила; «Остались только даты» — холодность истории vs живая боль.
4. Образы и символы 
  • Дым пожарищ — метафора опустошения, потери ориентиров. 
  • Небо, скрытое дымом — утрата надежды, света, детства. 
  • Хлеб, идущий войскам — символ жертвенности тыла. 
  • Летний зной — контраст между естественным ходом жизни и насильственной необходимостью труда. 
  • Волки — олицетворение страха, который нужно преодолеть молча. 
  • Валенки и шапка — элементарные вещи, ставшие роскошью, их надо заслужить. 
  • Время — персонифицированная сила, которая ломает судьбы. 
  • Даты — холодность хроники, стирающая живую боль.
5. Художественные средства 
  • Анафора («О детстве…», «Как будто…») — создаёт эффект навязчивого воспоминания.
  • Параллелизм («Я пас…», «Носил…», «Чистил…») — подчёркивает рутинность труда. 
  • Антитезы: детство vs война; летний зной vs необходимость работать зимой; тишина ребёнка vs грохот войны. 
  • Просторечия («на дворе-то», «пожаловала стая») — придают достоверность, имитируют устную речь. 
  • Минимализм образов — отсутствие метафорической пышности; факты говорят громче фигур речи. 
  • Ритм — чередование коротких и длинных строк имитирует сбивчивое дыхание воспоминания.
  • Повторы («Не убегать и не кричать!») — как мантра выживания. 
  • Инверсия («Идёт войскам весь на потребу…») — усиливает ощущение нарушенного порядка.
6. Стилистические особенности 
  • Разговорная интонация — стихотворение звучит как рассказ очевидца, без пафоса и героизации.
  • Документальность — конкретные детали («арык», «совхоз», возраст героя) создают эффект присутствия. 
  • Лаконизм — каждая строка несёт смысловую нагрузку; нет «лишних» слов. Контраст тона — от тихой печали вступления до горькой иронии финала. 
7. Эмоциональное воздействие 

Стихотворение вызывает: сострадание — к ребёнку, лишённому детства; 

ужас — перед абсурдом войны, где тепло покупается бросками гранат; 

гнев — на время, которое «распорядилось» так жестоко;

благодарность — за память, которая не позволяет забыть цену Победы. 

8. Итог 

Владимир Пелевин создаёт памятник не героям, а выжившим — тем, кто не имел права на слабость, но нашёл в себе силы жить. 

Стихотворение становится голосом поколения, чьё детство было украдено войной. 

Через простоту языка и точность деталей автор добивается эффекта документальной исповеди, где каждая строка — шрам на памяти. 

Ключевая мысль: война не заканчивается в 1945‑м — она продолжается в памяти тех, кто выжил, и в датах, которые мы обязаны помнить.

Владимир Пелевин. НОСТАЛЬГИЯ ПО ЗАВОДСКОМУ КОЛЛЕКТИВУ В УДМУРТИИ.


НОСТАЛЬГИЯ ПО ЗАВОДСКОМУ КОЛЛЕКТИВУ В УДМУРТИИ 

Там берег был, но не морской, 
И воздух вовсе не такой, 
Каким дышал поздней на Тихом … 

Удмуртию «прошёл», как по Тверской. 
Три года вспоминаются с тоской: 
Работаю без насморка и чиха! 

Спускали нам серьёзный план. 
Девчата, вникнув, не боялись. 
В придачу мастер новый дан – 
Я помню; надо мной смеялись. 

Кто по-хорошему, кто зло … 
Такое в ВУЗе и не снилось. 
Полгода, кажется, прошло 
И мнение вдруг изменилось. 

Девчата бросились гурьбой, 
Родителей отбросив наставленья, 
Обхаживать, ухаживать за мной – 
И это поднимало настроение. 

Конечно, я обмяк, размяк 
И даже как-то растерялся … 
Себя взял в руки: курс – маяк! 
Он, почему-то, Светой назывался. 

Сентябрь 1959 года 

г. Ижевск 

п/я 65 

© Владимир Пелевин. 

Опубликовано в сборнике поэзии Владимира Пелевина "От Певека до Камрани", издательство "Константа", 2019 год, стр.33.

Случайные публикации

Популярные сообщения